Alizium

"Велик Ты, Господи, и всемерной достоин хвалы; велика сила Твоя и неизмерима премудрость Твоя". И славословить Тебя хочет человек, частица созданий Твоих; человек, который носит с собой повсюду мертность свою, носит с собой свидетельство греха своего и свидетельство, что Ты "противостоишь гордым". И все-таки славословить Тебя хочет человек, частица созданий Твоих. Ты услаждаешь нас этим славословием, ибо Ты создал нас для Себя, и не знает покоя сердце наше, пока не успокоится в Тебе. Дай же мне, Господи, узнать и постичь, начать ли с того, чтобы воззвать к Тебе или с того, чтобы славословить Тебя; надо ли сначала познать Тебя или воззвать к Тебе. Но кто воззовет к Тебе, не зная Тебя? Воззвать не к Тебе, а к кому-то другому может незнающий. Или, чтобы познать Тебя, и надо "воззвать к Тебе?" "Как воззовут к Тому, в Кого не уверовали? и как поверят Тебе без проповедника? И восхвалят Господа те, кто ищет Его". Ищущие найдут Его, и нашедшие восхвалят Его. Я буду искать Тебя, Господи, взывая к Тебе, и воззову к Тебе, веруя в Тебя, ибо о Тебе проповедано нам. Взывает к Тебе, Господи, вера моя, которую дал Ты мне, которую вдохнул в меня через вочеловечившегося Сына Твоего, через служение Исповедника Твоего.

("Исповедь" Блаженный Августин)

   Двадцать монахов и одна монахиня по имени Эсюн занимались медитацией у некоего дзеновского учителя. Эсюн была очень миловидной, несмотря на то, что голова ее была острижена, а одежда очень скромна. Несколько монахов тайно влюбились в нее. Один из них написал ей любовное послание, настойчиво требуя встречи наедине.

   Эсюн не ответила. На следующий день учитель проводил занятия с группой, и когда они были окончены, Эсюн встала. Обращаясь к тому, кто написал ей, она сказала: "Если ты действительно любишь меня, подойди и обними меня."

Мы счастливы, что ненавидеть не умеем, когда вокруг нас злобы океан.
Так не узнает сердце наше злобы, когда бушует ненависть вокруг.
Мы счастливы, не ведая страданий, когда вокруг нас боли океан.
Так не узнает сердце наше боли, когда вокруг страданьям нет конца.
Мы счастливы, не зная вожделений, когда вокруг нас алчность кипит.
Так не узнает наше сердце вожделений средь алчущей толпы людей.
Мы счастливы, ничем на свете не владея. Пусть пищей нашей будет радость, как у сияющих богов.
Победа рождает враждебность, и скорбь побежденного ждет.
Кто любит мир, тот в радости живет, презрев и поражены, и победу.
Страшнее похоти на свете нет огня. Нет большего несчастья, чем ненависть.

"Вы знаете мой образ жизни, когда по ночам нас знали и днем отворачивались; также и к Христу по ночам ходили, а днем лицо отвращали.
Мне подумалось: вот я самая низкая, и меня стыдятся при Солнце, но Самого Высокого Пророка также днем избегают. Так самое низкое и самое высокое одинаково избегаются.
И вот решила я найти Его и днем протянуть Ему руку. Одела свой лучший химат и ожерелье из смирны и надушила волосы – так пошла, чтоб сказать народу: при свете Солнца избегаемые тобою низкое и высокое встречаются.
И когда увидела Его, сидящего посреди рыбаков, только холстиной покрытого, осталась через улицу и подойти не могла. Между нами проходили люди, одинаково избегая нас.
Так была решена моя жизнь, ибо Он сказал ученику, самому любимому: "Возьми щепоть пыли и отнеси этой женщине, чтобы было на что променять ее ожерелье. Воистину, в этой золе больше света, нежели в ее камнях, ибо из золы могу создать камень, но из камня – только пыль." Он не осудил меня, но лишь взвесил мои цепи, и цепи позора разлетелись пылью.
Просто решал Он, никогда не затрудняясь послать самый простой предмет, решавший всю жизнь. До этих посылок Он дотрагивался, как бы одухотворяя их.
Путь Его был пуст, ибо народ, получив от Него дар, поспешно разбегался. И желал Он возложить руки, и пусто было.
Фурии срама неслись за Ним и притворно махали ветвями, когда Он уже был осужден. Цена разбойника явилась достойной толпы.
Разбил цепи воистину, ибо дал знание, не приняв мзды."

("Листы сада Мории. Озарение"  Рерих Е. И.)